Оперирующий доктор, удовлетворенно посапывая, пронаблюдал, как сестра быстро обработала шов йодонатом, обмазала клеолом и наложила марлевую повязку. Потом доктор отшагнул от стола. Этот доктор никогда не уходил из операционной до того, как ушивалась кожа. Он мог поручить ушивание операционной раны второму ассистенту – ординатору или интерну, – но из операционной выходил только после того, как сестра наложит повязку. Про доктора поговаривали, бурчали, шептались – мол, зануда. Но у доктора были свои привычки. И он считал, что это хорошие привычки.

– Всем спасибо, – скрипуче сказал доктор.

– Так мы его забираем? – полувопросительно-полуутвердительно сказал анестезиолог, стоявший в изголовье стола, рядом с прозрачными цилиндрами и гофрированными шлангами аппарата ИВЛ.

– А стоит? – с сомнением сказал доктор. – Вроде все спокойно?.. Нет, не стоит.

Идет к нам, в послеоперационную палату. К тому же, если мне память не изменяет, нынче дежурите вы, Лев Кириллович? Досматривайте его у нас. Хорошо?

– Конечно, – с готовностью согласился анестезиолог и негромко попросил анестезистку: – Тамара, звони в урологию, скажи сестрам, чтобы приезжали.

Анестезиологи-реаниматологи относились к низенькому, полному доктору с искренним уважением и все, без исключения, ему симпатизировали. Отчасти потому, что тот старался не перегружать реанимацию без особой на то нужды. Если у доктора не было серьезных опасений, если кровопотеря была незначительной, а объем операционного вмешательства – стандартным, то доктор сразу забирал прооперированных в отделение. Он был достаточно осторожен, однако никогда не стремился взвалить беспокойство первых послеоперационных суток на реаниматологов. И реаниматологи – у которых было переполненное отделение и всегдашний, многажды отраженный литературой, кино, беллетристикой и профессиональным фольклором избыток и переизбыток хлопотливой, круглосуточной, в высшей мере ответственной работы, – реаниматологи любили этого доктора за абсолютную самостоятельность. Не говоря уже о том, что доктор был хорош. Это все знали.